Безопасность мусорных полигонов и электроэнергия: Гриненко о технологиях переработки ТБО в Украине

Технологии производства электроэнергии из мусора находятся на пересечении энергетики и экологии. На полигонах, где работают станции дегазации, снижается риск пожаров, а добытый там биогаз позволяет заменить десятки тысяч кубометров природного газа.

О том, как получать деньги буквально из отходов, вписывается ли такая зеленая энергия в энергетический баланс Украины и насколько стабильным ее источником является мусорные полигоны, Kosatka.Media пообщалась с генеральным директором компании «Клиар Энерджи» Андреем Гриненко.

Андрей Гриненко рассказал о добыче биогаза на мусорных полигонах

Андрей Гриненко рассказал о добыче биогаза на мусорных полигонах. Фото: «Клиар Энерджи»

– Обычному украинцу кажется непонятным, как можно утилизировать мусор на полигонах, где пищевые и другие органические отходы перемешаны со строительным мусором, стеклом и пластиком. Расскажите, как выглядит процесс добычи биогаза на полигонах. Какие новые технологии вы используете?

В основном, полигоны, на которых мы проводим дегазацию, были созданы еще в советское время в 50-70 гг. Мусор там не сортировали, а сваливали. То есть, когда мы заходили на эти полигоны, это были настоящие свалки без каких-либо зон для тех или иных видов отходов.

За 4 года плодотворной работы мы добились, чтобы на всех полигонах появились отдельные карты под разные виды мусора, например, для строительных отходов. Сейчас большинство полигонов оснащены сортировочными линиями, на которых отбирают пластик и ПЭТ-бутылки. Также, для более качественного отбора биогаза, твердая органика захороняется отдельно.

Для добычи газа мы в большинстве случаев используем технологию вертикального бурения, когда трубы, по которым газ будет попадать к генератору, погружаются в тело полигона на глубину 12 м. В трубе создается отрицательное давление и газ движется сначала на очистку от сероводорода, а далее – на сжигание, чтобы получить электроэнергию.

Кроме этого на полигонах, находящихся под нашим управлением – Малашевском и Дальницком карьерах, – мы внедряем технологию умных ячеек. Она заключается в том, что мы готовимся к изъятию газа еще до того, как полигон заполняется мусором. Сначала на полигоне создается покрытие, чтобы вредные вещества не попадали в почву. На него устанавливаются горизонтальные трубы, а сверху уже будет уложен мусор, который будет перегнивать и образовывать метан.

Сегодня технология умных ячеек – наиболее оптимальный способ отбора свалочного газа с полигонов для дальнейшей генерации электричества.

Также, чтобы мусор в умных ячейках гнил в лучшем режиме, его нужно увлажнять. От этого зависит количество бактерий, которые перерабатывают органику и образуют метан. Если влаги много, гниение проходит менее интенсивно. Если полигон слишком сухой, метана также выделяется меньше. Поэтому мы закладываем трубопроводы для подачи воды и датчики, которые фиксируют все изменения.

– А что сейчас представляет собой «Клиар энерджи»? Каким для компании было первое полугодие 2021 года и какой электрической и тепловой мощности ее установок удалось достичь?

За первое полугодие 2021 года нами открыта станция дегазации на Малашевском полигоне в Тернополе, начаты работы по подготовке к дегазации Грибовицкого полигона под Львовом.

В общем, за 6 лет работы мы стали одним из флагманов «зеленой» энергетики Украины, а также лидером производства электричества из биогаза. Сегодня в проектном портфеле компании находится 14 станций дегазации, работающих на свалочном газе с полигонов, 2 ТЭС, генерирующие энергию из биомассы, а также 2 полигона ТБО в управлении – Дальницкие карьеры (Одесса) и Малашевский (Тернополь).

Сейчас общая мощность наших объектов – 20 МВт (среди которых 15 МВт – станции дегазации), а ежегодная генерация электроэнергии – 100 млн кВт/ч. И мы постоянно наращиваем свои объемы.

– Насколько стабильным источником зеленой энергии являются подобные полигоны? Как она будет вписываться в энергетический баланс Украины при дальнейшем развитии?

Биогазовая энергетика – абсолютно стабильный источник энергии. День или ночь, зима или лето – показатели генерации энергии стабильны. Станции работают не менее 8400 часов ежегодно, останавливаясь только на плановое обслуживание.

С вероятностью в 99% мы подаем прогнозные данные за электрическую энергию на сутки вперед. А 1% – это ситуации, связанные с отсутствием внешних сетей или аварийным отключением от электролиний, на которые мы не можем влиять.

– Если представить, что у какого-то города есть большая свалка, то можно ли только за счет переработки отходов обеспечить жителей теплом или электроэнергией?

Чем больше город, тем больше его потребности в электричестве и тепле. Обеспечить себя полностью теплом и электроэнергией за счет отходов возможно только при условии постройки мусороперерабатывающего завода и рациональном подходе к управлению полигоном.

Если говорить о дегазации полигонов, то она способна дать городу только часть энергии, в которой он нуждается. Поскольку при дегазации мы забираем только часть энергии от мусора, и только по органической ее части.

– Расскажите о своем опыте управления Дальницкими карьерами. Удалось ли выйти на проектную мощность станции дегазации?

Главным достижением за время управления Дальницкими карьерами я считаю создание крупнейшей станции дегазации в Украине мощностью 4 МВт. Станция ежегодно утилизирует 12 млн м3 ядовитого свалочного газа, который в противном случае попал бы в атмосферу.

На проектную мощность станции мы уже вышли. Более того, благодаря внедрению новых технологий умных ячеек мы планируем и в дальнейшем увеличивать мощность станции дегазации в Одессе

В общем, за время работы на Дальницких карьерах мы инвестировали в полигон более 12 млн евро. В частности, мы обновили автопарк, и сейчас здесь работают 33 машины-мусоровоза и 14 тягачей с контейнером «лодка». Благодаря Дальницким карьерам было создано 280 рабочих мест для жителей региона, а только в 2020 году уплачено 30 млн грн налогов в городской бюджет.

– Дегазация полигонов одним из эффектов предусматривает уменьшение риска пожаров. В то же время на свалке в Малашевцах под Тернополем, где работает одна из ваших станций, в конце июня произошел пожар. Удалось ли выяснить причину возгорания? Могла ли откачка газа ее предотвратить, и насколько вообще более безопасными становятся подобные свалки?

Конкретный случай пожара – поверхностное возгорание, а не самовоспламенение биогаза. Всем нам известно, что в летний период каждое стекло, каждая бутылка может как линза нагреть и поджечь легковоспламеняющиеся вещи. Что и произошло на полигоне.

Если бы это вспыхнул метан, то огонь пошел бы в тело полигона и его тушение было бы очень сложным. А так пожарная бригада справилась с воспламенением за считанные часы. Например, трагический пожар на Грибовичском полигоне в 2014 году, когда действительно произошло самовоспламенение метана, не могли потушить несколько дней.

– Переработка мусора требует использования фильтров, которые предотвращают причинение вреда окружающей среде. Насколько очистительное оборудование уменьшает негативное влияние, и затратным ли является его использование?

При переработке мусора Waste-to-Energy на заводах по энергоэффективной утилизации, действительно, предполагается тщательная фильтрация выбросов. Но при дегазации не происходит прямого контакта с мусором. Мы сжигаем не отходы, а газ, который возникает при разложении органики. Благодаря этому улучшается окружающая среда свалки: купол полигона проседает, а в воздухе уменьшается концентрация непосредственно метана и серы.

Да, на генерационных установках есть газовые фильтры, но их основная цель – сохранить работоспособность самой машины. На биогазовых станциях мы используем генерационные установки Jenbacher, поэтому выбросы из них соответствуют не только украинским экологическим нормам, но и показателям безопасности стран ЕС.

– Насколько конкурентным сейчас является рынок переработки твердых бытовых отходов?

В Украине отсутствует рынок переработки твердых бытовых отходов. В ВР уже поданы законопроекты, которые должны создать этот рынок. Например, это законопроект о создании топлива из отходов RDF (топливо из отходов) и SRF (твердое восстановленное топливо). Но пока эти документы не стали действующими законами, то и о полноценном рынок переработки в Украине говорить еще рано.

– В своих предыдущих интервью вы говорили, что инвестируете в ТЭС на биомассе. Что это за технология, в чем ее преимущества, насколько она перспективна для украинского бизнеса и потребителей?

В портфеле компании есть две ТЭС на биомассе: Корюковская ТЭС и Черниговская Генерирующая Компания. Технологии, по которым работают ТЭС разные: в Корюковке – это сжигание щепы, а в Чернигове – ее газификация. Но в обоих случаях главным преимуществом электричества на биомассе является не только экологичность процесса, но и интегрированность в региональную экономику.

При генерации тепла и электричества на биомассе мы используем отходы деревообработки. Благодаря нам экономика и промышленность региона становятся более циклическими и безопасными для окружающей среды.

– Какая технология производства биогаза имеет больше перспектив, по вашему мнению – переработка мусора или выращивание энергетических растений? Почему?

Это две разные технологии генерации электричества, их не слишком корректно сравнивать.

С точки зрения перспективности, мы видим потенциал в развитии классических био-ТЭС на щепе. Ведь в стране достаточно развита деревообработка, отходы которой и становятся источником для наших объектов.

– Та же Швеция мусор для переработки покупает у соседей. А в Украине он может стать товаром?

В Швеции еще с начала девяностых работает законодательство по содействию строительству мусороперерабатывающих заводов. Компании, генерирующие энергию из мусора, кроме дотаций, также имеют налоговые льготы. Это и не удивительно, потому что инвестиции в заводы Waste-to-Energy достигают 100 млн евро. При таком подходе 1 кВт энергии имеет очень высокую себестоимость.

Потребность в экспортном мусоре – это результат успешной работы по государственному внедрению биоэнергетической программы. Несмотря на все усилия шведов по сортировке отходов и их переработки, большое количество мусоросжигательных заводов требует больше топлива, чем может предоставить страна.

То есть, Швеция покупает у соседей не всякий мусор, а уже готовое топливо на его основе – тот же RDF и SRF. Производство этих видов топлива тоже требует энергозатрат и технологий. Значит, для того, чтобы украинский мусор попал в шведские топки, нужно его тщательно подготовить. А мы не только к этому не готовы технически, у нас даже нет соответствующего законодательства, чтобы выйти на этот рынок.

– Что и кому нужно сделать, чтобы как можно больше инвесторов заинтересовались бизнесом по переработке мусора в биогаз? Можно ли полностью превратить все свалки в Украине на полигоны по производству биометана?

Для того, чтобы инвесторы заинтересовались переработкой отходов в биогаз, нужно чтобы законы Украины о «зеленой» энергетике были стабильными и не имели обратной силы, а платежи от государства за полученную энергию приходили инвестору своевременно и в полном объеме. Только тогда возможно достижение доли ВИЭ в 25% в украинской энергетике до 2035 года, как заложено в «Энергетической стратегии Украины».

А для того, чтобы превратить все свалки в полигоны по переработке метана на электричество, нужно поменять принцип захоронения твердых бытовых отходов. Тогда только на добыче метана из мусорной органики Украина сможет экономить до 1 млрд м3 экспортного газа ежегодно.

Тэги: газ, Биогаз, ВИЭ, природный газ

Читайте также

Поверка счетчиков газа: через сколько лет проводится и как ее делают облгазы (фото, видео)
Газовики готовятся смешивать газ с водородом: что это даст потребителям и выдержат ли наши трубы
Подготовка котла к зиме: как выявить неисправность и экономить деньги